Про художников

ПРО ХУДОЖНИКОВ

Как пилот вертолета,
Бросая машину в форсаж,
Между кожей и фюзеляжем
Не чуя различья,
Я дрожу мелкой дрожью,
Вхожу в невозможный вираж
И хочу быть похожим
На беглый рисунок Да Винчи.

Тяжелее всего выбрать кисть
Для последней черты.
Твердо зная, как мастер:
Оттуда не будет возврата.
Ничего нет страшнее за этой чертой черноты,
Но лишь мастер способен
Ее подвести так, как надо.

Пабло, публика любит твой страх
И плюет на него.
Пабло, публика схавает «Гернику»
Легче гарнира.
Ты поплачь, я поплачу с тобой -
Это все ничего.
Ты еще понесешь,
Как гарсон, с острым соусом
Голубя мира.

Тяжелее всего выбрать кисть
Для последней черты.
Твердо зная, как мастер:
Оттуда не будет возврата.
Ничего нет страшнее за этой чертой черноты.
Но лишь мастер способен
Ее подвести так, как надо.

Сальвадор, я бы тоже хотел
Заблудиться во сне.
Я помог бы тебе доставать
Бриллианты из кала.
Но мне тошно от мысли,
Что ты закопался в говне,
Подстелив под кого-то
Свою ненаглядную Галу.

Тяжелее всего выбрать кисть
Для последней черты.
Твердо зная, как мастер:
Оттуда не будет возврата.
Ничего нет страшнее за этой чертой черноты.
Но лишь мастер способен
Ее подвести так, как надо.

Я, как ухо Ван Гога, –
Ужасный подарок любви.
Равнодушной к увечьям и смерти,
Ко вздохам и ахам.
То не с бухты-барахты. Ты психом
Меня не зови.
Корни этих прекрасных подсолнухов
В угольных шахтах.

Тяжелее всего выбрать кисть
Для последней черты.
Твердо зная, как мастер:
Оттуда не будет возврата.
Ничего нет страшнее за этой чертой черноты.
Но смотри: чернота обретает
Границы квадрата.